Фоткаю дело в канцелярии суда. Заходит девочка-секретарь. И к мальчику-компьютерщику: «Там следователь на почту должен был обвинительное заключение скинуть для Рулькина (это судья — мое прим.)… Ну, или на один, или на другой адрес… Как нет? Ну посмотри...» Уходит.
Возвращается через 5 минут: «Ну, Никита! Там Рулькин орет уже на меня! Где обвинительное заключение? Да не надо его распечатывать! Скинь ему в папку. Папка „Рулькин“. Ну пожалуйста...»
Для тех, кто не знает. Так у нас за редким исключением выносятся приговоры: следователь передает судье обвинительное заключение, судья сверху пишет «Именем Российской Федерации» — вот приговор и готов. Судо-производство. Раньше на «флешках» передавали. А теперь цифровизация. У каждого судьи своя папочка в системе.
Разумеется, это незаконно. Все незаконное, вроде бы, нужно скрывать, делать тайно и скрытно. А вот и нет. Девочки и мальчики этого не понимают. Не удивлюсь, если думают, что так и нужно. А вообще им просто глубоко плевать.
ФСИН хранит видео пыток «для служебного пользования». Судьи хранят обвинительные заключения. И всем плевать. Но это же до поры...
А потом мы увидим то, о чем говорил мне клиент — генерал-майор милиции: «Менты, они первыми „колятся“».
А пока катимся.

Уважаемый Олег Витальевич, всеобщая деградация, увы. Возможно лет через пять увидите эту «девочку» в мантии…
Уважаемый Сергей Валерьевич, по нынешним временам это было бы закономерно. Вот только мне кажется, что эти времена заканчиваются.
Уважаемый Олег Витальевич, как-то они долго заканчиваются...
Хотелось бы уже хоть какой-то просвет увидеть.
Хотя, может Вы и правы.
После очередного Мосгорштампового продления стражи, со всеми дежурными — «законно и обоснованно», без какого-либо вникания в материалы и доводы защиты, уже после заседания, как-то сложился «кулуарный» разговор, что называется «за жизнь»...
Судья Мосгора остановился на выходе в дверях зала суда и развернулся для поговорить, секретарь стоял в сторонке и безучастно ковырял носком сандалия паркет под ногами. А я проникновенно вопрошал: «доколе»...
Судья — мужчина в почтенном уже возрасте, послушал, послушал и в сердцах: «Нужно уходить, так дальше невозможно работать».
А потом на ухмылку секретаря: «Ты послушай, послушай, тебе может пригодиться… Если ты, конечно, собираешься здесь работать».
Может еще не всё потеряно?
Хотелось бы уже хоть какой-то просвет увидеть.Уважаемый Сергей Валерьевич, когда все грохнется, будет много пыли. Просвета там не увидеть. Сколько потребуется времени, чтобы она осела, и что мы увидим, когда это наконец произойдет — вопрос.